Шаблоны Joomla 2.5 здесь: http://joomla25.ru/shablony/
Печать

Факт

Автор: Админ. Опубликовано в НОВОСТИ

     Википедия: Факт (лат. factum — свершившееся) — термин, в широком смысле может выступать как синоним истины; событие или результат; реальное, а не вымышленное.

     В естественных науках факты — основа для построения теории. В наиболее общем смысле, научный факт — объективное и проверяемое наблюдение. Объективность здесь означает независимость от наблюдателя.

      Юридический факт — это такое обстоятельство, такой поступок, такое состояние, которому закон придаёт юридическое значение. Это конкретное жизненное обстоятельство, с которым норма права связывает возникновение, изменение, прекращение  правоотношений, оно описывается в теории права логическим прологом «если».

       Если  почитать как написано всё, что относится к понятию факт наукой, то запутаешься вконец. Начинаешь думать, что  или это  доступно к пониманию  только  умным людям, или:  «ну и шарлатаны же эти все учёные». 
      Давайте  сами порассуждаем об этом с позиций здравого смысла (с помощью автора материала - А.Меняйлова).

      Что из себя представляет понятие «ФАКТ»?
      Подумаем на эту тему. Начнём, скажем, так: Сограждане! Нам (вам) врут постоянно, везде и всегда, врут даже те, от кого мы (вы) менее всего этого ожидаем. Но добывать достоверную информацию можно научиться. Добывать даже там, где её тщательно скрывают.
     Что можно подумать, например по поводу следующей интерпретации фактов: К примеру, при Сталине повсеместно говорилось, что Великую Отечественную выиграл Иосиф Виссарионович. В доказательство приводили множество достоверных фактов общественной жизни и архивных документов.
     При сменившем Сталина Хрущёве те же журналисты населению рассказывали, что Великую Отечественную выиграли усилиями преимущественно того участка фронта, на котором появлялся Никита Сергеевич лично. В доказательство приводили множество достоверных фактов общественной жизни и архивных документов.
     При сменившем Хрущёва Брежневе журналисты населению рассказывали, что Великая Отечественная была выиграна на Малой земле, где комиссарил, легко догадаться, сам Леонид Ильич. В доказательство сверхважности боёв именно на Малой земле приводили множество достоверных, сами понимаете, фактов общественной жизни и официальных документов.
     При сменившем Брежнева Андропове те же журналисты населению рассказывали, что ход Войны определили карельские партизаны, в числе, кажется, пары сотен человек. И приводили множество достоверных фактов общественной жизни и документов.
      При Горбачеве всё те же журналисты (второй древнейшей профессии) с совершенно искреннем ощущением открытия поняли, что Войну выиграли власовцы и прочие категории предателей Родины.
      А при Ельцине то же журналистское племя озарило — евреи! Дескать, кто-кто, а евреи понимали, что от гитлеровцев им не будет пощады — и потому, понимая свою выгоду, дрались как львы. И «горбачёвцы», и «ельциноиды» приводили множество достоверных фактов общественной жизни и архивных документов.
      Напрашивается вывод: в исполнении своих намерений будет успешен тот способный хотя бы к начаткам аналитического мышления человек, который сквозь нахлобучку «достоверных фактов общественной жизни и архивных документов» научился видеть реальную жизнь — и для себя составит совершенно иное описание действительности, чем то фантомное, которым пользуется большинство населения с прочёсанной до дыр «репой».
      Чтобы понять смысл происходящего с людьми на больших отрезках времени, знать исторические факты общественной жизни глобального масштаба — как бы крамольно это ни звучало — не нужно.
      Строго говоря, фактов общественной жизни вообще быть не может. Удостоверимся в этом. В самом деле, при советской власти населению рассказывалось, что дореволюционный фабрикант Савва Морозов финансировал большевистскую партию. Это правда — финансировал. Что с обыденной точки зрения понятно: он предугадывал будущее, и всего лишь за небольшую долю доходов покупал себе на будущее индульгенцию. Спустя полтора десятилетия с начала Перестройки некоторые уже знают, что фабрикант Савва Морозов финансировал вообще все существовавшие перед революцией 1917 года партии — что, вообще говоря, с обыденной точки зрения тоже вполне понятно: кто бы из этих парней ни пришёл к власти, все они были бы Савве Морозову обязаны. Система следствий из предыдущего посыла — верного!! наш Савва действительно финансировал большевиков! — становится чушью: пространство факта расширилось. Но пространство факта может расшириться и ещё дальше. В самом деле, естественно задаться вопросом: а с чего бы это фабрикант Морозов был столь фантастически успешен? Может быть, дело не в коммерческой успешности? Может быть, его фабрики были всего лишь прикрытием для отмывания денег? А истинное происхождение этих денег — спецфонды немецкого Генерального штаба? Тогда тоже всё понятно: за небольшие, в сущности, деньги немецкий Генштаб приобретал надёжный инструмент воздействия на политическую и военную жизнь России.
      Всё понятно. Но пространство факта может быть расширено и дальше: например, может выясниться, что человек, который конкретно распределял суммы спецфондов немецкого Генерального штаба, был на самом деле русским разведчиком. И вновь всё вполне понятно: весьма простым способом российская царская экономика получала дотацию на развитие — за счет колбасников. Отсюда тоже следует целая система выводов и эмоциональных всплесков. Выявившуюся цепь расширений пространства факта можно было бы продолжить и дальше.
      Например, среди лидеров такого уровня как Савва Морозов педерастия не исключение, а норма, в таких случаях желание любовника часто важнее благополучия семьи, процветания родины и всего остального. К тому же и жена, верно, дегенератка отъявленная — она тоже требует своего, а для таких как Савва, в том числе и педерастов, слово жены — закон. Таким образом цепь увеличилась ещё на одно звено. И так далее, и тому подобное.
      Продолжать нет смысла, принцип и так ясен — чтобы событие приобрело статус факта (абсолютной истины внутри всей системы взаимосвязанных объектов) в его описание должен быть включён каждый житель планеты, мало того, должна быть включена и вся солнечная система и даже магнитная буря на звезде-солнце Альфа Центавра — которая влияет на живых существ. Только полному кретину непонятно, что такое описание ни при одном из событий не-воз-мож-но.
      Следовательно, фактов не существует. То есть они существуют — но только как инструмент манипуляции. Но не как описание действительности. Так что копайтесь в фактах, упорные, делайте на основании них выводы, — а потом чешите «репу». То утверждение, что рабам строят мировоззрение во многом на фактах, требует уточнения. Савва Морозов сейчас никого не волнует — поэтому и выбран на данном этапе в качестве примера. А вот Николай II ещё волнует. Не далее как сегодня, выходя из продуктового магазина, невольно подслушал шумный спор двух женщин на ступенях: одна из них доказывала, что царя убили евреи, а другая возражала, что, напротив, Ленин. И обе оперировали фактами. Поскольку всё повторяется, кто убил, действительно, важно — если евреи, то надо готовиться к очередной «перестройке» с разграблением и проделывать в поясе новые дырочки, а если Ленин (есть мнение, что он калмык), то ещё к чему-нибудь. Важно это и для семейного строительства — кому же следует в этом деле подражать?
      Несложно догадаться, что распространение любого факта потому и оплачивается (деньгами или эмоциональной энергией), что нагибает человека в служение той или иной иерархии. Кстати, насчёт Ленина: с помощью метода расширения пространства факта легко доказать, что Ленин был эскимосом. Итак, для понимания смысла происходящего вокруг, повторюсь: «знать исторические факты общественной жизни глобального масштаба — как бы крамольно это ни звучало — не нужно».
      А что тогда надо знать — чтобы постоянно не оказываться в положении, когда рука непроизвольно тянется почесать «репу»? Для наших захребетников много опасней, если мы проведём изыскания на глубинном уровне. Как ни странно, но изучать происходящее за стенами правительственных резиденций, действительно, лучше всего вне их пределов — наблюдая за низовыми исполнителями – непроизвольными марионетками. Взглянув на чернь взглядом, вооружённым интеллектом, можно узнать всё, не сходя с места. 
      Читателю, вернее, счастливому обладателю критического мышления, видимо, уже не терпится узнать, что дальше? Дураки остаются дураками при всяком правителе и при всяком государственном устройстве — образ их мышления во все времена схож. Они те, кого в дальнейшем мы будем называть суверенитистами, а образ их мышления — суверенитизм. Но есть, очевидно, какие-то малоизвестные принципы мышления, которые резко отличаются от общепринятых, — а владеющий этими принципами лидер легко будет управлять теми, кому привита тупая вера в факты общественной жизни и исторические документы.
     Первый в моей жизни человек, который владел этими малоизвестными принципами и потому успешно манипулировал окружающими, был сыном главраввина довоенной Белоруссии (в подчинении сотни тысяч евреев), весьма близкая копия своего отца, мой первый тесть. Могу даже сказать, что я до сих пор не встретил никого, кто бы так владел этими утончёнными приёмами скрытого управления, хотя для меня, интеллектульно-элитарного писателя, социальные границы полустёрты. Как показывает жизненный опыт, простые (не спрятавшиеся от нас на охраняемых территориях) евреи этим знанием не владеют. Что, вообще говоря, косвенно подтверждает, что наследственный главраввинат, как утверждают некоторые генетики, есть отдельная ветвь человечества. Я на реконструкцию системы этих принципов — мой тесть их от меня пытался скрыть — потратил полжизни. Зато теперь не хуже него (думаю, и лучше) умею, содрав с себя натянутую ещё моим предкам нахлобучку из веры в факты общественной жизни и официальные документы, добывать информацию даже там, где её тщательно скрывают.
      Как известно даже буддистам, Учитель есть везде. Следовательно, и в самом беззастенчивом вранье тоже есть учителя. Враньё вообще самый объёмный кладезь информации. Или хотя бы предваряющий уровень теории — принцип психологической достоверности.
      Приведём пример. Всё население СССР и СНГ знает, каким чудовищем был Лаврентий Павлович Берия — нашего современника аж оторопь берёт, когда он смотрит на его портрет. С самого детства помню, как люди шёпотом пересказывали сексуально-маньячные похождения Берия. Дескать, выходил вечером на улицы, выслеживал женщин, потом силой или обманом увозил к себе на квартиру и там насиловал, насиловал... Естественным способом — и противоестественным, конечно, тоже.
      Способ распространения сведений о Берии как о маньяке известен и, как это ни смешно, никогда не скрывался. При Хрущёве всякого коммуниста, находившегося при мало-мальски значимой должности, вызывали в райком, там при нём из сейфа доставали скреплённые листки бумаги, брали расписку о неразглашении и в особой комнате давали читать о похождениях Берии сколько душе угодно. Естественно, о приключениях маньяка через неделю знал весь народ. И с причмокиванием повторяет до сих пор.
       А вот писатель Юрий Мухин, напротив, предлагает провести мысленный эксперимент на основе принципа психологической достоверности. Давайте представим, что по Москве прошёл слушок, что человек с тогдашней популярностью Берии выходит вечерами охотиться на женщин — чтобы насиловать. Поскольку портреты Берии в прессе появлялись едва ли не чаще, чем Сталина, то уподобить его по узнаваемости сегодня можно разве что только Владимиру Путину. Итак, Москва узнаёт (конечно, как всегда, вся), что на такой-то улице охотится «Путин». Что произойдёт? Во-первых, все проститутки Москвы и Московской области вмиг соберутся на этой улице и будут дефилировать, мощно покачивая бёдрами, — улица будет запружена вся. Так же галопом соберутся и московские шлюхи — будут запружены и близлежащие улицы. Так же и тысячи мамаш приведут своих невинных чад. Да и сами малолетние «невинные чада», эти, сами понимаете, небесные создания зевать не будут и тоже «ненароком» окажутся там же.
       Словом, для того, чтобы проехать в этом секторе Москвы на автомобиле, придётся вызывать конную милицию, чтобы разогнать толпу разгорячённых женщин. Тут-то и возникает вопрос: кто кого будет насиловать? «Путин»-Берия одну из женщин или они все — его? Кто интересуется традиционным способом разоблачения того, что практически всё ныне циркулирующее в СМИ и народе «знание» о Берии и Сталине есть плод хрущёвских борзописцев, и притом плод весьма не умный, может обратиться к книге Юрия Мухина «Убийство Сталина и Берия». Там же рассматриваются и архивные фальшивки — скажем, в откопанном демократами якобы довоенном документе действие происходит на железной дороге, которая была построена лишь после Войны. И так далее и тому подобное. Для нас же разоблачение вранья о Сталине и Берии не цель, а лишь один из примеров, облегчающий переход от идиотизма суверенитизма к теории.
      В этом вранье о Берии как сексуальном маньяке для умного человека заключена бездна информации. Во-первых, из того, что клевета на Сталина и Берия, состряпанная при участии Хрущёва (Перлмутера), не разоблачена в СМИ до сих пор, следует, что все послесталинские правители России принадлежат (психотипически) к одной шайке-лейке и, ступенчатая при них, деградация России закономерна. Из того, что Сталина ненавидят воры, следует, что при Берии воров прижимали. Из того, что этих воров мы до сих пор «счастливы вокруг себя лицезреть», следует, что Берии не удалось с ними совладать и он поминутно должен был бояться убийства как себя, так и Сталина. После же убийства их обоих непременно должны были оклеветать.
      Цепь умозаключений можно, конечно, продолжить, но мы рассматриваем принцип психологической достоверности, а не эпоху. Итак, враньё более информационно — если знать теорию стаи, — оно чревато картиной эпохи, прежде всего сведениями о типе правящей стаи или субстаи. А что можно узнать из приведённого в самом начале статьи перечня победителей в Войне? Достоверного?
      Первый и самый легкий урок: если повсюду говорится, что Войну выиграл Брежнев, то это значит только то, что в это время в Кремле председательствал Брежнев. Если говорится, что Войну выиграли карельские партизаны, то, следовательно, в Кремле сидит человек, как-то с теми местами связанный. Если при не участвовавшем в Войне Горбачёве журналисты нам, захлебываясь, рассказывают о неоднозначности поступков предателей Родины и даже об особой возвышенности их душ, если говорится, что на самом деле Войну выиграл добровольно сдавшийся немцам дегенеративный генерал Власов и ему подобные, то счастливый обладатель критического мышления сделает вывод, что глухие сообщения о том, что дядя Горбачёва служил у гитлеровцев старостой, верны. Что дядя, что племянник — яблочко от яблоньки недалеко падает... Можно добавить: подобное воспевание предателей России — вернейший признак того, что Россию ждут, увы, трудные времена, наподобие тех, в которые нас погрузили при Горбачёве.
      А из того, что при Ельцине вдруг выяснилось, что войну выиграли евреи, тоже можно сделать некоторые выводы. Можно предсказать, что Россию будут ожидать времена не просто трудные, а очень трудные. Можно предсказать, что население России утопят в займах — занятые же под процент деньги частью будут разворованы, частью уйдут на заведомо ненужные проекты; в дело не пойдёт ничего. Можно предсказать, что уровень жизни неворующей части населения резко упадёт. Можно предсказать, что нравственная грязь достигнет таких пределов, что русскому захочется умереть — вместе со всей своей семьей. И русские, действительно, начнут вымирать. Жулье в России будет чувствовать себя вольготно — милиция будет существовать только ради их охраны. Они ещё и духариться будут, выдавая себя за благодетелей — простите за дурацкое ельциновское словечко — россиянцев...
      И всё это можно предсказать всего лишь по тому, что говорится вокруг. И неважно, что пятиконечные звезды на кремлевских башнях не поменяли на шестиконечные. Они не поменяют. Это слишком уж прямые приемы управления. Давайте попробуем проанализировать с позиции вышесказанного что-нибудь современное.
      Скажем, эпизод из разрекламированного фильма Н.Михалкова «Утомлённые солнцем-2». (Про художественные и другие достоинства фильма подумайте сами). … Колонна фашистских войск идёт через село. 3 велосипедиста остановились у колодца набрать пустые (жара) фляжки. Ничего не боятся, прогулка, а не война. Один уходит в проулок и возвращается с лошадью, отобранной у цыган, «… это собственность немецкой армии…». Цыгане уговаривают, пляшут и т.д., пытаясь вернуть лошадь. Немцу надоел этот балаган и он стреляет из автомата. Товарищи у колодца ошеломлены: «… ты что, эсэсовец?». Немец понимает, что переборщил, ссорится с товарищами (… это же цыгане, мародёры …), идёт дальше по селу. Начинает преследовать неизвестно откуда взявшуюся в «вымершем» селе девушку. Та стучит в окна, никто не отзывается. Оба скрываются в сарае. Через время один товарищ немца идёт его разыскивать (пора догонять колонну), затем другой. Последний находит обоих запоротых вилами в сарае. Бежит назад, войска возвращаются, сгоняют жителей в сарай и сжигают живьём. Защищавшаясь от насилия женщина в ужасе, не знает, что делать, люди ведь не виноваты! Помогавшая ей женщина спрашивает, а кто виноват? Я?
      Кто же виноват? И можно ли было обойтись без этих трагедий? Михалков (думаю, сам того не ведая) задаёт вопрос, ответ на который, парадоксально, но лежит на поверхности. Виноват каждый, и каждый получил своё.
     Начнём с цыган. Всем известно, что цыгане живут своеобразным трудом: гаданием, воровством, обманом, эксплуатацией человеческих пороков. Убеждать их, что это неправильно, бесполезно. Как пресекать подобную их деятельность, если они кочевники, непонятно. Поймать за руку трудно. В общем, многие натерпелись от цыган. Считается, что лучше с ними не связываться. Так же поступали и органы власти – от райкома до милиции. Отправить их подальше, пусть другие мучаются. Ну а кроме суда человеческого общества есть и высший суд, т.е. жизнь. Нашёлся и на цыган немец, не признающий их законов.
      И на немца нашлись вилы, хотя он вряд ли посчитал это правильным, как и цыгане в своём случае.
      А сожжённые люди?... Тут связь подлиннее и требует размышлений: скажем, как они отнеслись к преследуемой женщине, протянули руку помощи? Думаю, суть людей живущих в этом селе – своя рубашка ближе к телу. Не зря село «вымерло» в это время. И, видимо, набралось в их жизни достаточно подобных поступков, раз такой финал?».
      Заметьте, немцы в фильме не изверги. Первый, похоже, и не понял, как нажал на спуск автомата. Его товарищи его осудили. Всё как в том анекдоте: «… я вас 3 года собирал на один корабль».
      Вряд ли и те женщины святые, что-то и их ждёт в дальнейшем? Хотя стресс такой, сродни очищающему огню. Кто-то и с ума сойти может от лицезрения такого без соответствующей работы души. По поводу ответственности жителей села в целом целесообразно подумать над такой вот информацией о психологии людей, напечатанной в июньском 2010 года номере газеты «К барьеру» известным публицистом Ю.Мухиным. Он рассуждает о правомерности и причинах «репрессий» в отношении «кулачества» в 30-е годы. Стенаний по этому поводу в СМИ полно, а рассмотрения подоплёки, условий, стремлений «простого» человека и руководителей государства, как они переплетались и во что выливались, практически нет.
       Вот Мухин и попытался рассмотреть хотя бы одну из граней проблемы, проливающей свет на мотивы поведения людей: «В те годы средний городской житель должен был отработать 274 дня в году (остальное - воскресенья, праздники и отпуск). За 273 дня могли и осудить. А сколько работал колхозник?
      До колхозного строя, как пишет О. Платонов, средний крестьянин работал в своем хозяйстве 92 дня в году. Колхозники делили доход колхозов по трудодням. Трудодень - это не рабочий день, а определенный объем работы, норма: скосить определенную площадь, прополоть или вспахать. Передовики зарабатывали в день десятки трудодней. Тем не менее, упомянутые ученые сообщают, что даже при таком счете в 1939 г. был установлен минимум того, что нужно было отрабатывать в колхозе, - от 60 до 100 трудодней в год. Отработал их, и можешь месяцами сидеть на базаре, считаясь полноправным строителем коммунизма. Еще раз напомню, что в это время в городе могли осудить и за 20 минут опоздания на работу.
       Но вот началась война, рабочих рук стало остро не хватать на полях, а не на базарах, и минимум трудодней был увеличен аж до 100-150 трудодней в год. При Сталине шли дебаты, казалось, это всё же как-то маловато, но правительство порекомендовало колхозам увеличить норму до 150 трудодней для женщин и 200 трудодней для мужчин только после смерти «изверга» Сталина. 
       Между прочим, даже война не заставила всех колхозников поднатужиться: только за 5 месяцев 1942 г. тех колхозников, кто не отрабатывал минимум трудодней, отдали под суд числом 151 тысячу, из них 117 тысяч были осуждены. Осужденные обязывались работать в своем же колхозе, но с них 6 месяцев удерживалось 25% трудодней в пользу колхоза.
       И после войны не всех крестьян могли заставить отрабатывать смешную для рабочих норму. За лето 1948 г. только из РСФСР были высланы в отдаленные районы 12 тысяч колхозников за уклонение от работы. Высылались они по решению колхозного собрания. Не стану утверждать, что крестьянский труд легкий, но эти-то числа тоже надо знать, прежде, чем впадать в истерику. 
       Теперь по поводу поборов с колхозников. В разных местностях были и местные повинности, к примеру, требовалось отработать на ремонте дорог или торфозаготовках. Но государство требовало от крестьян исполнить всего две обязанности. Со своего личного участка (а при Сталине они могли достигать 2 га при минимум одной корове) колхозник должен был заплатить денежный налог и часть продукции продать, подчеркиваю - продать государству, но по государственной цене, т.е. той, которая была уже в 10 раз выше мировой, но все же ниже базарной.
      Насколько это требование несправедливо? Ведь рабочие все 100% своей продукции продавали по госценам. Итак, какую же часть произведенной продукции государство требовало продать ему по госцене? Исследователи вопроса Безнин и Димони подсчитали, что в 1948 г. средний крестьянский двор продавал государству по госцене 9% молока, 16% шерсти, 38% овчин и козлин. В 1950 году продавал 5 кг мяса из 21,7 кг полученных и 11 яиц из каждых 63,6 шт. Кажется немного, но представьте, у скольких крестьян душа болела, когда они прикидывали, что могли бы получить, продай они это количество не государству, а на базаре. Не всякий такую обиду забудет. 
      Теперь о денежном налоге - о том, который не давал крестьянам поесть блинков. Ученые, чтобы показать степень сталинской эксплуатации, утирают слезу: «Получить хоть какие-то деньги в деревне было не просто - большая доля колхозов вообще не выдавала их на трудодни». Правильно: зачем поручать колхозному бухгалтеру продавать свою долю продукции колхоза, чтобы получить от него деньги, если сам можешь её продать на базаре и сам получить деньги? Ведь все, что производилось колхозом, после обязательных продаж государству делилось на трудодни: от зерна до фруктов. У колхозника пенсия была 20 рублей? А муку, мясо, сахар и прочее, что он натурой получал из колхозной кладовой, вы подсчитали? Давайте оценим денежный налог во времена, удостоившиеся особо горького плача.
      В 1947 году по РСФСР этот налог составил 374 рубля в год с хозяйства. В том году картофель на рынках Москвы стоил 6 рублей за кг, Куйбышева - 5, Свердловска - 6, Харькова - 6,5. Полагаю, что в Воронежской области картофеля на приусадебном участке сажали соток 20, крестьянин не имеет права получать с сотки менее 3-х мешков (иначе ему надо ехать в Москву и учить других сельскому хозяйству). Итого: 60 мешков. По цене картофеля в Москве продав на базаре чуть больше одного мешка, можно было оплатить годовой налог со всего хозяйства. Мясо стоило в Москве 63 рубля за кг, в Куйбышеве - 50, в Харькове - 50. Продав 8 кг из 80 кг туши телки, тоже можно было оплатить весь налог за год и не трогать картофель. Молоко стоило в Москве 18 рублей литр, в Свердловске - 18, в Харькове - 12, продажа на базаре трёх вёдер молока (или продукции из молока) выручала деньги на оплату всего годового налога, а мясо и картофель можно было съесть самому. Но корова за год обязана дать не менее 150 ведер. Ужасная сталинская эксплуатация! Как бы колхозники жили без Маленкова!
      Теперь по поводу займов, которые беспощадно драли с крестьян при Сталине. Перед войной сельское население СССР насчитывало 133 млн. человек и составляло 68% всего населения, т.е. более двух третей. У меня нет под рукой числа крестьянских дворов после войны, поэтому я приму, что в среднем дворе до войны жило 6 человек, а в ходе войны число их сократилось на 10% (полностью погибшие или переехавшие в город семьи). Отсюда будем считать, что в СССР покупка госзаймов предлагалась 20 млн. крестьянских дворов. В ходе войны выпускались военные займы, и поскольку крестьяне составляли 2/3 населения, то было бы неудивительно, если бы они подписались на две трети всего объема. Но на 2/3 суммы займов подписались городские жители, а крестьяне подписались всего на треть - на 27 837 млн. рублей. На двор приходится 1400 рублей за 4 года войны. Много? Рыночные цены в войну были выше цен предвоенного 1940 года: в 1941 г. - в 1,1 раза; в 1942 г. - в 5,6 раз; в 1943 г. - в 10,2 раза; в 1944 г. - в 8,2 раза; в 1945 г. - в 4,3 раза. Безнин и Димони пишут, что в 1947 г. цены на хлеб и молоко были ниже цен 1942 г. в 15 раз, на картофель - в 26 раз, на мясо - в 10 раз (цены 1942 г. ученые стесняются назвать).
      Подсчитаем: в 1942 г. молоко стоило около 270 рублей за литр, картофель около 150 рублей за кг, мясо около 600 рублей за кг. И заметьте, цены 1942 года это еще не самые высокие цены войны. Тогда получается, что средний крестьянский двор одолжил государству на всю войну либо 2,5 кг мяса по ценам 1942 г., либо 10 кг картофеля, либо около 6 литров молока. Во время войны не было случая, чтобы рабочие, даже стахановцы или изобретатели, смогли бы купить самолет или танк. Они боевую технику покупали и дарили фронту вскладчину. А колхозники могли это сделать в одиночку, пасечник Головатый купил даже два истребителя.
      Откуда деньги? Да все оттуда же - с военного базара. Как вспоминал в «Дуэли» ветеран военные восторги крестьянина: отвезешь в Иркутск мешок овощей, привезешь мешок денег. Но таких, как Головатый, было немного. Зато была масса вопящих, что у них нет денег подписаться на заём.» Вот такая психология крестьянской массы в стране победившего социализма.
      У крестьянина были и другие особенности психологии, которые двигали Матросовым и Гастелло. Но речь сейчас о другом, насколько можно было избежать трагических последствий ситуации в фильме.
      Похоже, причины тянутся куда-то в глубь веков, а уж кто и как деформировал общинную психологию, стремление к взаимопомощи русского человека история умалчивает.
      Так что, так называемый, факт без знания ещё очень многих «фактов» и умения связывать их в психологически достоверную картину - это всего лишь возможность для манипуляций, не имеющих, возможно, ничего общего с действительным положением вещей.